Текст песни «Наблюдатель» группы «Народное Ополчение» - это произведение андеграундной панк-сцены, известное своей неподражаемой мрачной, абсурдистской и провокационной лирикой. Всё творчество группы отразило антиутопические и нигилистические мотивы.

  На первый обывательский взгляд, здесь выражено лишь отчуждение и безумие - и образ «наблевателя» отражает крайнюю форму отвращения к реальности: протест против серости, конформизма и бессмысленности существования и характерные для группы метафоры, абсурд и гротеск.

"Мимо идут трёхполые люди

Ездят машины без стульев внутри

Мне подают ублюдка на блюде

Молча кивни, да плюнь, разотри

Припев:

Нет - я не живу, я просто млею

И наблюдаю движение со стороны

Их хаты стоят, как чёрные склепы

Превращаются вдруг в сплошные вертепы

Чертей спозаранку отправляют в охранку

Всё мимо несётся, я молча сижу..."

  А если вглядеться пристальнее - то текст песни кажется ярким дзэнским коаном в панк-обёртке: отказ от участия в иллюзорной суете ради чистого свидетельствования, где «наблюдатель» растворяется в таковости.

  «Мимо идут трёхполые люди, Ездят машины без стульев внутри»: абсурдный мир феноменов — пустые формы без сущности, «дерево без корней». «Трёхполые» — двойственность разорвана, "гендеры" - иллюзорны.

  «Мне подают ублюдка на блюде - Молча кивни, да плюнь, разотри»: приглашение к реакции отвергнуто — «не цепляйся». Плевок — это акт отпускания, как завещал Шестой Патриарх Хуэй-нэн, основатель Южной школы ("мгновенного Освобождения"): «Ум чист, как зеркало, не пачкается».

  Припев: «Я не живу, я просто млею - И наблюдаю движение со стороны» - вроде бы, просто квинтэссенция дзэн. Наблюдателя нет в действии ("анатта"), только созерцание. «Млею» — блаженство свидетеля, вне эго-сансары.

  «Хаты... в вертепы , Чертей в охранку»... Трансформация форм: майя играет, но наблюдатель неподвижен («я молча сижу»), как в сатори: мир течёт, ум — неподвижен как скала.

  Панк-крик — как «крик освобождённого дурака»: в начале клипа (2005) на двери чердака написано Durac. Герой вроде бы уже в Дхармакайе, наблюдая «движение со стороны» без цепляния. Коан: кто этот «наблюдатель»? Ответ — тишина. Просветление в грязи улиц?

-------------------------------------------------------------

 Да - так на первый взгляд. Но жизнь и финал автора песни показала его ошибку. Давайте наведём резкость.

Исходная позиция: даже «наблюдатель» - это ложная реализация.

Ключевая строка припева: «Я не живу, я просто млею И наблюдаю движение со стороны» - с точки зрения дзэн не просветление, а то, что в классических текстах называется «застревание в пустоте», «холодное созерцание», «мёртвый дзэн».

 То есть состояние, где субъект отстранился от мира, но не распознал природу ума, а лишь перешёл в позицию диссоциированного свидетеля.

  В истинном дзэн (Дзогчен, Тхиен, чань) это считается опасной ловушкой, а не достижением.

Образы - феномены сансары, увиденные без сострадания.

«Мимо идут трёхполые люди», «Мне подают ублюдка на блюде...»

 Текст не описывает конкретных людей, а фиксирует искажённое, гротескное восприятие мира. С точки зрения настоящего дзэн - это кармическое зрение, где омрачения ("клеши") не распознаны, но и не вовлечены напрямую.

  То есть мир видится как абсурд, уродство, фарс - но сердце не открыто, и потому видение становится нигилистическим.

 Суфу НамТонг, познакомившись с автором данной статьи (бывшим клавишником группы НО) два года назад, сказал:

«Ты увидел иллюзорность форм, но не увидел пустотность ума, который их видит».

«Молча кивни, да плюнь, разотри» — реактивное недеяние.

Это важный момент. Формально это похоже на у-вэй (недеяние), но по сути — это пассивная агрессия и отказ от участия.

В истинном дзэн недеяние это не безразличие, не отвращение и не оцепенение.

Истинное дзэн-недеяние живо, спонтанно, оно - соучаствующее и всегда содержит мудрость и сострадание. Здесь же - присутствует только холодная дистанция.

  В образе города мы видим сансару как спектакль:

«Хаты, стоят, как чёрные склепы -

Превращаются вдруг в сплошные вертепы...»

Это точное описание мира как самсары, но без следующего шага дзэн — возвращения в мир. Классическая формула дзэн гласит:

Горы — горы.

Горы — не горы.

Горы снова — горы.

Герой застрял на второй стадии: формы распались, смыслы утрачены, но возврата нет. Что и привело автора песни к известному финалу 16 сентября 2005.

«Всё мимо несётся, я молча сижу» — центральная дзэн-ошибка автора текста как "наблюдателя". Ибо в истинном дзэн утверждается, что "Наблюдатель" — это последняя иллюзия. Пока есть «я», который «наблюдает», и «движение», которое «идёт мимо» — просветления нет.

  Настоящий дзэн начинается не тогда, когда «я смотрю со стороны», а когда некому смотреть и ничто не проходит мимо.

Можно сказать с позиции натурального дзэн, что эта песня точно диагностирует состояние поздней сансары, честно фиксирует распад смыслов, тонко передаёт опыт отчуждения, но при этом застревает в позиции холодного наблюдателя, не проходит сквозь пустоту к живому действию, не содержит узнавания природы ума.

  И потому это не дзэн-пробуждение, а то, что в чань называли: «Созерцание без возвращения» или «Сидение в пепле».

Если выразить суть данного анализа одним предложением - герой песни увидел, что мир — иллюзия, но не увидел, что и "я", "наблюдатель" — такая же иллюзия.

https://www.youtube.com/watch?v=bNrzB-S9dOA клип песни

https://vk.com/video882210634_456239035